О пропаганде
Оригинал взят у 
kurt_eisemann в О пропаганде
Я бы назвал это по-другому. Украина проиграла не информационную, а пропагандистскую войну. Причем проиграла вчистую, как и сам Крым, без единого «выстрела» со своей стороны. И самое главное – проиграла на своей территории.
То, что большинство российских обывателей уверены, что в Киеве под звуки нацистских маршей по улицам разгуливают оголтелые вооруженные бандеровцы, которые врываются в дома и принуждают беременных русскоязычных барышень производить публичные аборты с помощью затупленного трезубца – это нормально. Россия выстраивает свою национальную информационную политику с помощью грубой пропаганды (что поделаешь, времена сложные, кризис идентификации, классовые противоречия, социальный кризис, переходящий пока еще в локальные катастрофы – со всем этим надо как-то бороться).
Но то, что в том же самом уверены жители целого ряда украинских областей – это равносильно военному поражению. Они ведь не с потолка взяли эти представления. Им заботливо их сформировал восточный сосед, беспрепятственно транслируя «правильные» сведения через многочисленные информационные каналы, работа которых в нашей стране ничем не ограничивается.
Конечно, ощутимо помогли и внутренние «субъекты». Все годы независимости в украинской информационной среде политические силы бурно выясняли отношения между собой, изобретая все новые и новые методы запугивания населения и противопоставляя разные его части друг другу. Отсюда и искусственная актуализация темы фашизма, бандеровцев, насильственной украинизации, национал-бандитизма и проч., и проч. Все это не только само по себе формировало мировоззрение жителей Юго-Востока, но и давало прекрасные информационные поводы российским пропагандистским рупорам. Им даже придумывать ничего особенно не надо было – всю основную работу делали за них мы. Им только оставалось собирать все это в кучу и подавать своему слушателю в максимально удобной форме. Хотя не удивлюсь, что нагнетание всех этих тем нашими субъектами согласовывалось с российскими.
Россия давно начала осуществлять информационно-пропагандистскую агрессию против нас. Еще со времен событий 2004-го года. Мы же ничего этому не противопоставили, как не смогли ничего противопоставить уже реальной военной агрессии в Крыму. Мы ни к чему не готовились, игнорировали угрозы, не формировали собственную общую информационную политику хотя бы «для внутреннего пользования». Мы просто смеялись над перлами Дмитрия Киселева и относились ко всему, будто ничего особенного не происходит.
Но свято место пусто не бывает. В отсутствие украинской пропаганды, ее с успехом замещала российская. Благо, крайняя либеральность отечественной медиа-политики или даже отсутствие таковой (что, в принципе, одно и то же) позволяла соседним медиа-агентам обрабатывать и своё, и наше население с максимальной эффективностью, о чем вполне можно судить из риторики участников пророссийских митингов в восточных регионах.
В итоге, восточный сосед при восторженной поддержке местного населения, «зомбированного» смешным и глупым Киселевым, «отжал» у нас целый полуостров, и теперь вполне обоснованно рассчитывает «отжать» Юго-Восток, причем по той же схеме.
Возникает вопрос, что нужно делать, чтобы население потенциально «оккупированных» областей не приветствовало оккупантов с цветами, полагая, что к ним на бэтээрах едет светлое будущее? Ответ, по-моему, очевиден. Украине необходима собственная информационно-пропагандистская политика, по силе сравнимая с российской.
Многие интеллектуалы не согласятся с этим. Их аргументы понятны: пропаганда, по их мнению, это ложь, искажение, преувеличение, информационное «насилие» – в общем, всё то, что не дает людям знать правду с большой буквы. Однако, во-первых, пропаганда пропаганде рознь. Одно дело говорить одну правду, не обращая внимания на другую, говорить полуправду или по-своему ее преподносить, акцентировать внимание на одном и не трогать другого. Другое дело нести бредовую околесицу, не имеющую ничего общего с действительностью. Во-вторых, моральный аспект в пропагандистской деятельности так же неоднозначен, как, например, в милитаризации. Война это плохо, милитаризация общества – тоже, но когда уже «враг у ворот», никуда не денешься, обстоятельства вынуждают на адекватные действия. Да и в мирное время, как уже было сказано, приходится готовиться к войне, чтобы это самое мирное время продлить как можно дольше.
В-третьих, следует немного разобраться с тем, что такое пропаганда.
Пропаганда – это грубый инструмент для формирования общественного мнения. Причем инструмент, рассчитанный преимущественно на обывателя, который представляет ядро информационной аудитории в любой стране и, собственно, выражает это самое общественное мнение. Но дело в том, что обыватель не склонен к тонким переживаниям, как интеллектуалы. Он не воспринимает «многоэтажных» аргументов, не тяготеет к глубоким рефлексиям, к сложным выводам, к скепсису и т.д. Он мыслит преимущественно простыми категориями и отторгает любые сложные мыслеконструкции. Обывателю не нужна правда с большой буквы, со всеми ее сложностями, глубинами, противоречиями, неоднозначностями и необходимостью думать самому. Ему нужны простые, понятные и легко воспринимаемые вещи типа «почему мы хорошие, а они плохие», «кто друг, а кто враг», «как правильно, а как неправильно». Это ни плохо и ни хорошо. Это так, и с этим следует считаться.
Обывательская аудитория настолько многочисленна, что «интеллектуальный» подход к ней невозможен. У интеллектуалов нет таких ресурсов, чтобы убедить всех, заставить каждого обывателя думать, разложить ему по полочкам, чтобы он самостоятельно сделал правильный вывод. Для этого обывателя нужно поднять на уровень самого интеллектуала. А если учитывать, что в среде самих интеллектуалов далеко не всегда существует согласие даже по самым жизненным вопросам – то без пропаганды ситуация становится совсем безнадежной. Как только интеллектуалы и либералы начинают транслировать свои сомнения, интерпретации, смыслы «в народ», общественное мнение сразу же становится податливым для любого, кто с помощью грубых, но простых и однозначных формул расставит все по местам.
Конечно же, этот «кто-то» наклеит ярлыки, упростит или даже исказит реальность, но он объяснит ее в удобной для обывателя форме. И обыватель пойдет туда, где просто и понятно, а не туда, где правда с большой буквы.
Все это прекрасно понимают не только в России, но даже в цивилизованных и демократических странах. Пропаганда «правильных» идей и ценностей есть везде. Просто в разных странах она выглядит по-разному. В устоявшихся некризисных обществах она как бы «растворена» в общей информационно-культурной среде, она не так назойлива, но выражена в широком спектре «продукции»: не только в новостях или социально-политических ток-шоу, но в фильмах, книгах, компьютерных играх, студенческих программах и проч. В обществах, переживающих кризис или фазу активного становления, пропаганда (если ею вообще занимаются) гораздо более выразительна, так как ситуация требует более активного влияния на общественное сознание.
Украине также нужна своя информационно-пропагандистская политика. Причем, учитывая нынешнюю ситуацию, она должна быть весьма агрессивной с точки зрения влияния на общественное мнение. Мы можем сколько угодно говорить о вреде подобной пропаганды, о том, как плоха цензура, как неправильны запрещения телеканалов или газет. Но эффект полного информационного либерализма с нашей стороны и агрессивной пропаганды с российской – мы, я надеюсь, прочувствовали в полной мере. Если нынешняя украинская информационная политика не изменится, боюсь, наши же граждане сдадут без боя не только Юго-Восток. И это будет закономерно.
kurt_eisemann в О пропагандеСегодня все принялись искать причины, почему Украина фактически без объявления войны и, соответственно, практически без единого выстрела, отдала России часть своей территории. Одной из причин называют проигрыш Украины в информационной войне с Россией.
Я бы назвал это по-другому. Украина проиграла не информационную, а пропагандистскую войну. Причем проиграла вчистую, как и сам Крым, без единого «выстрела» со своей стороны. И самое главное – проиграла на своей территории.
То, что большинство российских обывателей уверены, что в Киеве под звуки нацистских маршей по улицам разгуливают оголтелые вооруженные бандеровцы, которые врываются в дома и принуждают беременных русскоязычных барышень производить публичные аборты с помощью затупленного трезубца – это нормально. Россия выстраивает свою национальную информационную политику с помощью грубой пропаганды (что поделаешь, времена сложные, кризис идентификации, классовые противоречия, социальный кризис, переходящий пока еще в локальные катастрофы – со всем этим надо как-то бороться).
Но то, что в том же самом уверены жители целого ряда украинских областей – это равносильно военному поражению. Они ведь не с потолка взяли эти представления. Им заботливо их сформировал восточный сосед, беспрепятственно транслируя «правильные» сведения через многочисленные информационные каналы, работа которых в нашей стране ничем не ограничивается.
Конечно, ощутимо помогли и внутренние «субъекты». Все годы независимости в украинской информационной среде политические силы бурно выясняли отношения между собой, изобретая все новые и новые методы запугивания населения и противопоставляя разные его части друг другу. Отсюда и искусственная актуализация темы фашизма, бандеровцев, насильственной украинизации, национал-бандитизма и проч., и проч. Все это не только само по себе формировало мировоззрение жителей Юго-Востока, но и давало прекрасные информационные поводы российским пропагандистским рупорам. Им даже придумывать ничего особенно не надо было – всю основную работу делали за них мы. Им только оставалось собирать все это в кучу и подавать своему слушателю в максимально удобной форме. Хотя не удивлюсь, что нагнетание всех этих тем нашими субъектами согласовывалось с российскими.
Россия давно начала осуществлять информационно-пропагандистскую агрессию против нас. Еще со времен событий 2004-го года. Мы же ничего этому не противопоставили, как не смогли ничего противопоставить уже реальной военной агрессии в Крыму. Мы ни к чему не готовились, игнорировали угрозы, не формировали собственную общую информационную политику хотя бы «для внутреннего пользования». Мы просто смеялись над перлами Дмитрия Киселева и относились ко всему, будто ничего особенного не происходит.
Но свято место пусто не бывает. В отсутствие украинской пропаганды, ее с успехом замещала российская. Благо, крайняя либеральность отечественной медиа-политики или даже отсутствие таковой (что, в принципе, одно и то же) позволяла соседним медиа-агентам обрабатывать и своё, и наше население с максимальной эффективностью, о чем вполне можно судить из риторики участников пророссийских митингов в восточных регионах.
В итоге, восточный сосед при восторженной поддержке местного населения, «зомбированного» смешным и глупым Киселевым, «отжал» у нас целый полуостров, и теперь вполне обоснованно рассчитывает «отжать» Юго-Восток, причем по той же схеме.
Возникает вопрос, что нужно делать, чтобы население потенциально «оккупированных» областей не приветствовало оккупантов с цветами, полагая, что к ним на бэтээрах едет светлое будущее? Ответ, по-моему, очевиден. Украине необходима собственная информационно-пропагандистская политика, по силе сравнимая с российской.
Информационные войны не менее эффективны, чем традиционные. Правильно «обработанный» противник может сложить оружие, не сделав ни одного выстрела. И если в традиционном противостоянии одной армии следует противопоставлять другую, то в информационном аспекте работает этот же принцип: одной пропаганде также следует сопротивляться с помощью другой.
Многие интеллектуалы не согласятся с этим. Их аргументы понятны: пропаганда, по их мнению, это ложь, искажение, преувеличение, информационное «насилие» – в общем, всё то, что не дает людям знать правду с большой буквы. Однако, во-первых, пропаганда пропаганде рознь. Одно дело говорить одну правду, не обращая внимания на другую, говорить полуправду или по-своему ее преподносить, акцентировать внимание на одном и не трогать другого. Другое дело нести бредовую околесицу, не имеющую ничего общего с действительностью. Во-вторых, моральный аспект в пропагандистской деятельности так же неоднозначен, как, например, в милитаризации. Война это плохо, милитаризация общества – тоже, но когда уже «враг у ворот», никуда не денешься, обстоятельства вынуждают на адекватные действия. Да и в мирное время, как уже было сказано, приходится готовиться к войне, чтобы это самое мирное время продлить как можно дольше.
В-третьих, следует немного разобраться с тем, что такое пропаганда.
Пропаганда – это грубый инструмент для формирования общественного мнения. Причем инструмент, рассчитанный преимущественно на обывателя, который представляет ядро информационной аудитории в любой стране и, собственно, выражает это самое общественное мнение. Но дело в том, что обыватель не склонен к тонким переживаниям, как интеллектуалы. Он не воспринимает «многоэтажных» аргументов, не тяготеет к глубоким рефлексиям, к сложным выводам, к скепсису и т.д. Он мыслит преимущественно простыми категориями и отторгает любые сложные мыслеконструкции. Обывателю не нужна правда с большой буквы, со всеми ее сложностями, глубинами, противоречиями, неоднозначностями и необходимостью думать самому. Ему нужны простые, понятные и легко воспринимаемые вещи типа «почему мы хорошие, а они плохие», «кто друг, а кто враг», «как правильно, а как неправильно». Это ни плохо и ни хорошо. Это так, и с этим следует считаться.
Обывательская аудитория настолько многочисленна, что «интеллектуальный» подход к ней невозможен. У интеллектуалов нет таких ресурсов, чтобы убедить всех, заставить каждого обывателя думать, разложить ему по полочкам, чтобы он самостоятельно сделал правильный вывод. Для этого обывателя нужно поднять на уровень самого интеллектуала. А если учитывать, что в среде самих интеллектуалов далеко не всегда существует согласие даже по самым жизненным вопросам – то без пропаганды ситуация становится совсем безнадежной. Как только интеллектуалы и либералы начинают транслировать свои сомнения, интерпретации, смыслы «в народ», общественное мнение сразу же становится податливым для любого, кто с помощью грубых, но простых и однозначных формул расставит все по местам.
Конечно же, этот «кто-то» наклеит ярлыки, упростит или даже исказит реальность, но он объяснит ее в удобной для обывателя форме. И обыватель пойдет туда, где просто и понятно, а не туда, где правда с большой буквы.
Все это прекрасно понимают не только в России, но даже в цивилизованных и демократических странах. Пропаганда «правильных» идей и ценностей есть везде. Просто в разных странах она выглядит по-разному. В устоявшихся некризисных обществах она как бы «растворена» в общей информационно-культурной среде, она не так назойлива, но выражена в широком спектре «продукции»: не только в новостях или социально-политических ток-шоу, но в фильмах, книгах, компьютерных играх, студенческих программах и проч. В обществах, переживающих кризис или фазу активного становления, пропаганда (если ею вообще занимаются) гораздо более выразительна, так как ситуация требует более активного влияния на общественное сознание.
Украине также нужна своя информационно-пропагандистская политика. Причем, учитывая нынешнюю ситуацию, она должна быть весьма агрессивной с точки зрения влияния на общественное мнение. Мы можем сколько угодно говорить о вреде подобной пропаганды, о том, как плоха цензура, как неправильны запрещения телеканалов или газет. Но эффект полного информационного либерализма с нашей стороны и агрессивной пропаганды с российской – мы, я надеюсь, прочувствовали в полной мере. Если нынешняя украинская информационная политика не изменится, боюсь, наши же граждане сдадут без боя не только Юго-Восток. И это будет закономерно.